Вновь "оживший" Транскаспийский газопровод: быть или не быть?

© Sputnik / Ilya Pitalev / Перейти в фотобанкгазопровод
газопровод - Sputnik Азербайджан, 1920, 23.12.2022
Подписаться на
НовостиTelegram
Получит ли туркменский газ выход в Европу и какие проблемы проекта Транскаспийского газопровода могут этому помешать?
На минувшей неделе в Туркменбаши состоялся трехсторонний саммит Турция – Туркменистан – Азербайджан. Одной из главных тем мероприятия стала далеко не новая, но тем не менее достаточно амбициозная цель – организация поставок туркменского газа в Европу.
С легкой подачи турецкого лидера Реджепа Тайипа Эрдогана проект Транскаспийского газопровода, который по дну Каспийского моря должен связать Туркменистан с Азербайджаном и далее через "Южный газовый коридор" дать туркменскому газу выход на европейский рынок, обрел новую жизнь в информационном поле.
Тем более что в текущих геополитических условиях, когда Европа безуспешно пытается найти полноценную замену российскому газу, газопровод, способный дать региону 10-30 млрд кубометров голубого топлива в год, выглядит для Запада как минимум не лишним.
В возможностях реализации планов, история которых длится уже более четверти века, разбирался Sputnik.

Турция – новая Украина?

"Пора начинать работы по поставкам туркменского природного газа на западные рынки", - заявил президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган в ходе саммита в Туркменистане.
По итогам мероприятия был подписан меморандум о взаимопонимании по развитию сотрудничества в области энергетики. В данном документе говорится о начале предварительных исследований по проекту транспортировки туркменского газа транзитом через Азербайджан в Турцию и, далее, в Европу.
Также на саммите приняли решение о формировании рабочей группы, в которую войдут официальные лица трех стран, для оценки деталей вопроса транспортировки туркменского газа по вышеназванному маршруту.
Потенциальная заинтересованность Туркменистана в данной инициативе очевидна – рост объемов экспорта и, соответственно, доходов от него. Но почему инициатором возрождения покрывшегося пылью проекта выступила Турция?
Очевидно, Анкара видит огромные перспективы для себя в случае становления "газовым хабом", создать который в Турции ранее предлагал президент России Владимир Путин.
Турецкий лидер, кажется, с энтузиазмом воспринял данную идею и решил, что если привлечь как можно больше объемов газа из разных источников в Турцию, которая выступит для них посредником при поставках на западные рынки, то республика достаточно быстро сможет стать крупнейшим транзитером голубого топлива для Европы.
А значит, возрастут турецкие роль и авторитет на международной арене.
Чтобы эти объемы были не только российскими, Анкара также привлекает их в Азербайджане. Два других явных варианта – Иран и Туркменистан. Если первые находятся под санкциями, то вторые, входящие в первую пятерку стран мира по запасам голубого топлива, выглядят перспективно.
Не так давно – до ввода в эксплуатацию "Турецкого" и "Северного" потоков – в схожем амплуа выступала Украина, от транзита через которую зависела огромная доля поставок газа для европейских стран. И, пользуясь своим положением, Киев регулярно выбивал для себя низкую стоимость российского газа, всевозможные скидки и льготы.
На фоне недавних сообщений Bloomberg о том, что Турция, примерно половина импорта газа которой приходится на поставки из России, рассчитывает добиться от РФ 25%-ой скидки на газ (либо отсрочки в платежах до 2024 года), а также частично перевести оплату в лиры, вышеупомянутая аналогия приобретает все более явные очертания.

Вечные проблемы вечно замороженного проекта

Идея строительства Транскаспийского газопровода зародилась еще в 1990-е годы. Однако из-за ряда проблем – от финансовых и технических до правовых и экологических – она регулярно откладывалась "на потом". К проекту периодически возвращались, но до какой-то конкретной работы по нему дело так и не дошло.
Предполагается, что по трубопроводу, который гипотетически пройдет от Туркменбаши до Баку по дну Каспийского моря, ежегодно можно будет прокачивать от 10 до 30 млрд кубометров газа из Туркменистана.
В Азербайджане, как предполагается, газопровод будет подключен к Южно-Кавказскому (Баку – Тбилиси – Эрзурум), Трансанатолийскому (TANAP) и Трансадриатическому (TANAP) газопроводам, по которым туркменский газ сможет поступать в Европу.
Сейчас, после трехстороннего саммита и прозвучавших на нем заявлений, интерес к проекту вновь возобновился. И в связи с этим стоит разобраться в проблемах, преследующих Транскаспийский газопровод чуть ли не с момента появления идеи.
Первая из них – отсутствие необходимой инфраструктуры.
Придется разработать новые газовые месторождения и построить новые мощности для транспортировки голубого топлива. Это будет стоить огромных денег даже без учета затрат на строительство самого Транскаспийского газопровода.
Вторая проблема, вытекающая из первой – привлечение инвестиций.
Туркменистан, многие годы ищущий инвесторов для данного проекта, очевидно, сам в него вложиться не готов. Ашхабад в целом не очень охотно инвестирует в крупные проекты – вполне вероятно, из-за отсутствия нужных для этого средств.
В качестве примера можно привести месторождение "Достлуг", меморандум о взаимопонимании по совместной разведке, разработке и освоении которого был подписан Туркменистаном и Азербайджаном еще в январе 2021 года. И дальше этого меморандума стороны не ушли по сей день.
Азербайджанская сторона в сентябре в очередной раз обозначила свою позицию, что Транскаспийский газопровод – не их проект, поэтому инициатором его реализации они не будут. От Баку, как отмечалось, можно ожидать лишь поддержки как от транзитной страны.
Инвестора на Западе найти не удавалось более 20 лет. ЕС и США заявляли о готовности содействовать привлечению инвестиций в строительство газопровода. Важно: содействовать привлечению инвесторов, а не инвестировать самим.
В конце 2021 года интерес к проекту, казалось, проявила американская компания Trans Caspian Resources (TSR). Еще в прошлом декабре она объявила о поисках инвесторов – причем не для реализации проекта, а только для финансирования технико-экономических изысканий, которые подтвердили бы осуществимость ее планов как с технической, так и с коммерческой точки зрения.
К слову, только после этих мероприятий стала бы ясна точная стоимость проекта (смотря на схожие проекты прошлых лет, вряд ли сегодня речь могла бы идти о ценнике меньшем, чем 7-10 млрд евро).
Но год прошел, а новостей от TSR о найденном инвесторе (хотя бы для проведения ТЭО) все нет.
И все эти проблемы далеко не новы – они преследуют данный проект на протяжении всей его истории.
Ведь что важно инвестору? Уверенность в том, что его вложения окупятся. А как можно обладать ею, когда тебе предлагают вложиться в проект в довольно закрытой стране, точной информации о которой в свободном доступе не так много (Всемирный банк даже исключал Туркменистан из своих отчетов из-за недостоверных данных)?
В том числе вызывают вопросы данные о ресурсной базе Туркменистана – совершенно непонятно, сможет ли республика добывать дополнительно 30 млрд куб.м газа в год, чтобы прокачивать их в Европу по достаточно протяженному, а значит, дорогостоящему газопроводу.
Кстати, чтобы этот страх у инвесторов пропал – вероятнее всего придется проводить работы по исследованию газового потенциала Туркменистана, что также стоит денег и займет определенное время. Есть ли лишние деньги на это у Ашхабада – большой вопрос.
При этом определенные риски потенциальный инвестор может видеть и в позициях соседних стран – в частности, Китая и Ирана.
Пекин является главным покупателем туркменского газа. Почти все имеющиеся у Туркменистана мощности задействованы для транспортировки "голубого топлива" в Поднебесную.
Именно китайским компаниям сегодня принадлежит значительная часть добычи газа в Туркменистане. Именно Пекин долгие годы выдавал Ашхабаду льготные кредиты на газовые проекты, а сейчас планирует строить четвертую ветку газопровода из соседней республики. Поэтому вряд ли Китаю будет интересен вариант, при котором фактически зарезервированный им газ пойдет в другую сторону.
Тегеран, в свою очередь, выступает против Транскаспийского газопровода по экологическим причинам и предлагает Туркменистану использовать для поставок газа иранскую инфраструктуру.

"Экологичный" гвоздь в крышку гроба проекта

Экология Каспийского моря – проблема, которой на регулярной основе посвящается множество исследований, круглых столов, дискуссий, встреч ученых и заявлений высокопоставленных лиц, представляющих страны региона.
Стоит отметить, что все это – небезосновательно. Все чаще фиксируются случаи массовой гибели обитателей Каспия, обмеление и снижение уровня воды (с 2005 года уже свыше одного метра), загрязнение вод и прочие предвестники экологической катастрофы.
Прокладка газопровода вполне может добавить проблем и без того богатой на них экологии Каспийского моря. И в связи с этим, как заявил сенатор российского Совета Федерации от Астраханской области Александр Башкин, РФ "не сможет дать согласие на его строительство".
Потенциальное несогласие России со строительством Транскаспийского газопровода является еще одной весомой угрозой реализации данного проекта.
Может ли Россия действительно "не дать согласие" и, фактически, заблокировать проект? Теоретически – да. И не только Россия, а, по сути, любая из стран "каспийской пятерки" (Азербайджан, Иран, Казахстан, Россия, Туркменистан).
Документом, устанавливающим правовой статус Каспийского моря, является соответствующая Конвенция, подписанная пятью прикаспийскими странами в августе 2018 года.
Те, кто проект газопровода лоббируют, традиционно ссылаются на 1-й и 3-й пункты 14-й статьи данного договора, в которых говорится, что стороны могут прокладывать трубопроводы по дну Каспийского моря и определять их маршруты по согласованию со стороной, через сектор дна которой этот трубопровод пройдет.
По их мнению, вышесказанное означает отсутствие необходимости у Туркменистана и Азербайджана согласовывать данный проект с Россией, Ираном и Казахстаном. Якобы, достаточно согласовать его только друг с другом, поскольку газопровод будет пролегать исключительно через их морские сектора.
В то же время 2-й пункт все той же 14-й статьи гласит, что проложить трубопровод по дну Каспийского моря можно только при условии, что он "соответствует экологическим требованиям и стандартам, закрепленным в международных договорах, участницами которых они являются, включая Рамочную конвенцию по защите морской среды Каспийского моря и соответствующие протоколы к ней".
Один из таких протоколов – подписанный в июле 2018 года в Москве протокол по оценке воздействия на окружающую среду в трансграничном контексте к Рамочной конвенции по защите морской среды Каспийского моря.
Статьей 4 данного документа (соблюдать который обязывает подписанная следом за ним Конвенция) предполагается, что все решения – в том числе строительство газопровода – будут приниматься консенсусом. Каждая из пяти стран, имеющих выход к Каспийскому морю, при наличии каких-либо сомнений может участвовать в экологической экспертизе и включиться в процедуру оценки еще на этапе проектирования.
Изучать, насколько сильно проект влияет на экологию моря в негативном ключе, можно достаточно долго, тем самым препятствуя началу его строительства. Достаточно вспомнить, как проводились всевозможные экспертизы по "Северному потоку-2", как останавливалось его строительство из-за исков экологов и т.п.
При этом гарантировать абсолютную безвредность будущего трубопровода и отсутствие какой-либо опасности для экологии Каспийского моря, исключая любые риски, просто-напросто невозможно. А значит начало его строительства – даже в случае принятия такого решения заинтересованными сторонами и инвесторами – может откладываться очень и очень долго.
Кстати, еще один интересный факт: Конвенция до сих пор не ратифицирована Ираном. Причина заключается в несправедливом, по мнению Тегерана, разделении водоема – в Иране считают, что у него не самое выгодное расположение, тогда как его достижения требуют справедливого разграничения суверенных зон в Каспийском море.
А до ратификации такие документы, как правило, не имеют юридической силы и не являются обязательными для не ратифицировавшей их стороны.
Поэтому гипотетически Иран, не являющийся сторонником Транскаспийского газопровода, все еще вполне может выйти из Конвенции и не дать своего согласия на реализацию данного проекта.
И даже такие гипотетические риски – все равно риски. Особенно – для потенциальных инвесторов, которых и без того пока не наблюдается.
Лента новостей
0