Новости

О чем говорили Путин и Макрон - мнение российского политолога

Проведение двусторонних встреч и обмена мнениями является показателем того, что позиция Парижа несколько сдвигается в сторону потепления отношений с Москвой, считает политолог Игорь Игнатченко.
Подписывайтесь на Sputnik в Дзен

БАКУ, 20 авг — Sputnik, Александра Зуева. На встрече лидеров России и Франции ключевыми были темы, связанные со стабилизацией ситуации в Украине, налаживанием безопасности в Ливии, ядерным досье Ирана и Сирией, сказал Sputnik Азербайджан российский политолог, доцент Института общественных наук РАНХиГС Игорь Игнатченко, комментируя прошедшую накануне встречу глав двух государств.

Нужно ли США и России сохранять Договор о сокращении наступательных вооружений

Именно по этим темам есть серьезные вопросы, в которых между сторонами имеются разногласия, разные подходы. Этот набор вопросов с момента прихода к власти Макрона не меняется и по нему, скорее всего, и вели обсуждения президенты, полагает политолог.

"Понятно, что сама встреча носила рабочий характер: каких-то серьезных решений, само собой, на ней принято не было", - считает он.

Однако сам факт, что такие личные контакты происходят, свидетельствует о безусловном улучшении отношений сторон. Проведение двусторонних встреч и обменов мнениями является показателем того, что позиция Парижа несколько сдвигается в сторону потепления отношений с Москвой, считает Игнатченко.

Эксперт: Польша позиционирует себя как форпост борьбы с Россией >>

В то же время о кардинальном изменении отношений речи не идет, так как подходы по четырем вышеуказанным вопросам у России и Франции значительно отличаются. Поэтому о каком-то "сердечном согласии" между странами на сегодняшний день речи не идет. Но динамика в отношениях между странами стала положительной, подчеркнул собеседник Sputnik Азербайджан.

Путин прокомментировал возможность работы России в рамках G7

Что же до визита Путина к Макрону на вертолете Ми-8, о чем сейчас пишут многие СМИ, то это, по мнению политолога, был скорее жест в сторону российской военной техники, авиации. А также своеобразное свидетельство приверженности России именно российской технике.

"Это также мог быть и рекламный жест, приглашающий французское общество заинтересоваться российской авиацией. В любом случае, это был интересный ход", - заключил Игнатченко.