21:38 24 Сентября 2020
Прямой эфир
  • USD1.7000
  • RUB0.0274
  • EUR1.9035
КУЛЬТУРА
Получить короткую ссылку
11966452

Коренной бакинец, художник Рами Меир поделился воспоминаниями о жизни в Баку: на его картинах быт горских евреев выглядит так, как полтора века назад.

БАКУ, 29 авг — Sputnik, Лев Рыжков. Почему кровную месть горские евреи могли осуществить только в трехдневный срок, а золотые зубы были признаком высокого статуса? Как в еврейский квартал в Баку можно было отправлять письма без указания индекса? Об обычаях своего народа Sputnik Азербайджан рассказал коренной бакинец, художник Рами Меир. В Москве в Государственном музее Востока проходит его персональная выставка "История одного народа - для всего мира".

© Photo : From personal archives Rami Meir
Работа художника Рами Меира

В центре, без индекса

Самые ранние воспоминания художника связаны со старым центром Баку. Его первый в жизни дом стоял всего лишь в 800 метрах от моря.

"Я с трепетом и с огромной любовью отношусь к своей родине, - признается Рами Меир. - Я долго жил в Израиле, потом в Москве. Но чтобы понять свою любовь к городу и стране, надо надолго уехать. Я родился в самом центре Баку, в месте, которое называлось Еврейским районом. Там было семь-восемь еврейских улиц, 90% жителей - евреи. Когда я служил в армии, я писал домой письма. И мне говорили, что лично мне не надо указывать индекс. Просто: "Баку-центр". В том месте, где я жил, не существовало почтовых индексов, хотя на соседних улицах они были".

Старые дома еврейского квартала сохранились. По словам Меира, квартиры в них по 10-20 квадратных метров, у некоторых общий санузел.

© Photo : From personal archives Rami Meir
В Москве в Государственном музее Востока проходит его персональная выставка "История одного народа - для всего мира"

В Баку было несколько "еврейских" школ. Одна - номер 1, на улице Льва Толстого, считалась "аристократической".

"А я учился в другой "еврейской" школе, - рассказывает Рами Меир. – Тоже знаменитой, бандитской школе номер 24. Там 11-13-летний мальчик мог курить перед директором сигарету. Учились у нас ребята из специнтернатов. Некоторые из них - прожженные, которые уже много проблем повидали. Особых стремлений к знаниям ни у кого не было".

Ученики школы номер 24 вполне могли устроить поножовщину. Рами Меир вспоминает, что один раз стал свидетелем, как подростки заспорили - был Ленин на самом деле или его выдумали? Один из спорщиков достал нож…

"В 16 лет со мной произошел удивительный случай, - вспоминает Рами Меир. - У нас принято возвращать в жизнь имена близких людей, тем самым мы даем продолжение жизни тому, кто ушел внезапно, молодым. Меня назвали в честь деда, который умер в 1933 году, в возрасте всего 35 лет. Спустя 45 лет после его смерти я шел по центральной улице. Навстречу мне - старушка, старше восьмидесяти лет. Видит меня и останавливается как вкопанная и спрашивает: "А не так-то тебя зовут?" Я говорю: "Да". "А не сын ли ты такого-то человека?" "Да, я сын именно этого человека". Она хватает мои руки, начинает их целовать, опускается на колени и начинает ноги обнимать. Для меня это был шок. Мне стыдно и неловко. Я говорю: "Бабушка! Поднимитесь!" А она говорит: "Знал бы ты, чье имя ты носишь, и кто был твой дед!" Что же мой дед успел сделать, что такое уважение к нему и его внукам?".

© Sputnik / Vitaliy Belousov
Художник Рами Меир

Полковой чеканщик

После школы будущий художник вовсе не думал о том, чтобы посвятить себя искусству.

"Я поступал в медицинский институт, на стоматолога, - вспоминает Рами Меир. - У евреев всегда были модны специальности стоматолога, зубного техника, ювелира - чтобы все блестело и сверкало. Экзамен в медицинский я благополучно завалил. Но не из-за знаний, а из-за поведения, шуток-прибауток. Отец решил отложить мой срочный уход в армию. Так я узнал, что существует еще и художественное училище, где тоже дают отсрочку от армии".

Рами Меир вспоминает, что на экзамене запаниковал. Надо было акварелью написать натюрморт.

"Тогда я в первый раз писал картину, - смеется Рами Меир. - И вдруг прошел. Попадаю на факультет "Чеканщик художественных и ювелирных изделий". Я был одним из самых молодых студентов. Например, у нас учился 33-летний парень, который отсидел в колонии восемь лет. Учились взрослые люди, ювелиры, которым нужна была "корочка". Мы изучали все - скульптуру, резьбу, чеканку, ювелирное дело, инкрустации. Я относился к этому немножко бесшабашно. Мне это все не нравилось, неинтересно было. Проучился я год. Честно скажу, что ни к чему не стремился. Но произошло событие, которое поменяло мою психологию".

Рами Меира выбрали старостой группы. Одна из его задач была - отбирать работы студентов для участия в выставках.

"Я заинтересовался специальностью, стал учиться по-настоящему, - вспоминает художник. - Мне стало стыдно, что я так слабо разбираюсь в искусстве".

Подлинной страстью Рами Меира стала чеканка. И когда художника призвали в армию, умение чеканить очень ему пригодилось.

"Меня назначили полковым художником, но рисовать плакаты я отказался, - вспоминает Рами Меир. - Командиры знали, что я мастер чеканки, и специально для меня придумали должность. Все два года я прослужил полковым чеканщиком в Москве, в Царицыно. Однажды началось соревнование на лучшую Ленинскую комнату. Ко мне обратился командир роты: "Сделаешь, чтобы мы победили?" И я сделал чеканное панно на все четыре стены. Кто-то рисовал плакаты, клеил фото, но настенной чеканки не было ни у кого".

Полк, в котором служил Рами, занял первое место. Победителя и тех, кто ему помогал, отпустили по домам - в десятидневный отпуск.

"За это время моя матушка заставила меня обручиться, - вспоминает Рами. - Две своих чеканки я подарил невесте. В армии я начал делать серьезные работы. В общей сложности за время службы я сделал 22 чеканки. Мои работы нравились всем. И под конец службы мне дали возможность сделать персональную выставку на ВДНХ. Но все двадцать работ украли во время транспортировки. И после этого я бросил чеканку. Осталось только две работы, которые я подарил невесте. Сегодня они выставлены в Музее Востока".

© Photo : From personal archives Rami Meir
В Баку Рами Меир бывает не очень часто – примерно один раз в два года

Дружелюбный и гонимый

К искусству Рами Меир вернулся спустя много лет, уже после того, как уехал из советского Азербайджана в Израиль, а оттуда в Москву.

"Серьезно я стал заниматься живописью, когда захотел сделать хронологию горских евреев, - вспоминает Рами Меир. - Подтолкнула меня к этому решению удивительная находка: я обнаружил, что при Николае I, в 1853-55 годы, письма писались на почтовых открытках. Я увидел несколько таких открыток, потом стал находить и покупать их. Я решил написать по этим открыткам картины - больше для нашей молодежи, чтобы знала свои корни. И на картинах ожили люди, которые жили 100-150 лет назад".

Художник вспоминает, что некоторое время ушло на то, чтобы восстановить навыки, которые после художественного училища подзабылись.

"Я не ленился смотреть видеоуроки в Интернете, - вспоминает Рами Меир. - Профессионалы есть везде, и мне эти уроки очень помогли. Хронология горских евреев подтолкнула меня писать картины на другие темы – это и пейзажи, и философские полотна. На сегодняшний день у меня 210 картин. Их не было бы, если бы не эта история. Про горских евреев у меня 45 картин".

Стояла перед художником и другая задача - построить историческую хронологию народа.

"Когда мой народ попал на Кавказ? Когда горские евреи поселились в Дербенте? Когда оказались в Губе - в 170 километрах от Баку? Где, в конце концов, родился мой дед? Задача была – построить хронологию и правильно все описать, отталкиваясь от очень скудного материала, который имелся на тот момент", - поясняет художник.

Быт горских евреев на его картинах выглядит так, как полтора века назад, заверил автор работ.

"Моя фантазия проявилась только в выборе цветовой гаммы, - говорит Рами Меир. - Черно-белая открытка становилась цветной. На некоторых открытках мне не нравился фон, и я делал его пейзажным. Цвета одежды горских евреев я восстанавливал по гардеробу бабушки и дедушки. Но не только. У нас существовал музей. На основе расцветок экспонатов я понимал, какой цвет мог присутствовать в рубашке, в костюме".

Меир показывает картину - семейный портрет.

"Вот это - мой родной дед, - указывает художник на фигуру в центре картины. - Я написал это с фотографии 1928 года, когда у деда родился первый ребенок, моя родная тетя. Ей сегодня 93 года, и она живет в Америке. Ни одну деталь я здесь не придумал. Меня восхищало - откуда у деда в 1928 году такой галстук или такой пиджак. Вот так люди одевались!"

© Photo : From personal archives Rami Meir
Работа художника Рами Меира

Украшения горских евреев, по словам художника, не особо отличались от аналогичных ювелирных изделий других народов Кавказа.

"Еврейка могла надеть звезду Давида, а мусульманка - только полумесяц. Есть картины, где можно увидеть, какие украшения носили горские евреи. А статус какое-то время подчеркивали золотыми зубами. А потом избавлялись от этих зубов", - рассказывает Меир.

Как и у других кавказских народов, у горских евреев тоже существовала кровная месть. Но с одной большой оговоркой. Если отмщение не происходило в течение трех дней, семьи обязаны были породниться.

"Наш народ очень дружелюбный и гонимый, - говорит Рами Меир. - Евреев во всем мире почти столько, сколько народов - есть грузинские, марокканские, бухарские. Горские евреи знали все праздники, обычаи, одевались как бухарские евреи. Но никогда не прятали свое еврейство. Были единичные случаи смены национальности. Но не из-за страха, а из-за карьеры. Горские евреи – дерзкий и темпераментный кавказский народ. Несут они кавказский темперамент и сегодня. Живу в Москве, от бакинского акцента избавиться и не мечтаю. Счастлив, что он у меня есть. Счастлив, что у меня кавказское воспитание".

В Баку Рами Меир бывает не очень часто – примерно один раз в два года.

"Первое мое стремление поехать - в Израиль, - говорит художник. - Там - мама и мои дети. И лишь потом я отправляюсь в Баку. Там наши "дома-курятники" еще остались. У нас там шесть квартир, в которых мама дала людям бесплатно жить, лишь бы они ухаживали за жильем. Баку всегда был оригинальнейшим, красивейшим городом. Азербайджан, с Божьей помощью, процветает. Дай Бог здоровья всем его жителям".


Главные темы

Орбита Sputnik